– Расскажите, как Господь привел Вас в монастырь?
– Как и большинство девушек, я хотела создать семью, иметь много детей. Хотела быть хорошей мамой. В то время о монастырях я ничего не знала, в храм не ходила. Мое воцерковление произошло позже. Но и когда стала воцерковляться, мысли о семейной жизни меня не покидали, однако разные события и обстоятельства жизни постепенно выводили на мысли о монашестве.
Хотя я себя с жизнью в монастыре вообще никак не могла совместить, считала, что в монастырях живут святые люди, и себя среди них я не представляла. При этом даже книги мне попадались о монашестве. Я начала обращать на это внимание, стала задумываться, что, может быть, Господь меня призывает на монашеский путь.
Возраст у меня был такой, когда надо было уже определяться: с одной стороны, я очень хотела большую семью, но с другой, казалось, что, выбрав этот путь, я потеряю что-то важное, что уже нельзя будет вернуть. Я долго жила в таком непонятном состоянии, и с каждым годом все больше ощущала тесноту в этом мире. Я не могла найти себя, не могла никак выбрать профессию, не могла понять, чем мне заняться в этой жизни. Не то что не хотела ничего, а просто ничем не могла увлечься, ничто меня не привлекало, настолько мне было грустно и скучно.
К тому моменту я уже часто ходила в храм и, будучи в таком неопределенном состоянии, обратилась к своему батюшке, бывшему насельнику Троице-Сергиевой лавры, которому рассказала о своих переживаниях. Он мне посоветовал читать 40 дней акафист святителю Николаю и святой мученице Татиане. Я очень много молилась, просила Матерь Божию, чтобы Она покрыла Своим Покровом. Господа просила, чтобы Он показал мне мой путь.
И по слову евангельскому «просящему дано будет», так и случилось. Во время чтения акафиста Господь открыл Себя по-другому, в один момент я поняла, что Господь – мой Жених. В этот момент я осознала, что хочу в монастырь. Когда с человеком происходит такой резкий внутренний «разворот», становится очевидно, что Господь призывает. У меня такое было ликование в душе! Я ощутила свободу от всех своих переживаний, ведь я нашла себя.
С такими чувствами я снова обратилась к своему батюшке. А он мне говорит: «Теперь пиши старцу Кириллу, проси его благословения». Я написала. Он ответил мне не прямо, а как-то завуалированно. Но из его слов было понятно, что мой путь – монастырь.
Теперь предо мной встал еще один вопрос: в какой монастырь идти? Тут еще сложнее было выбрать, ведь монастырей очень много, а желание начать уже эту жизнь переполняло. Я снова стала молиться и просить Господа: «Господи, покажи мне, где мой дом? Где моя семья?»
Спустя некоторое время я взяла отпуск на работе и решила поехать в паломничество: неделю в одном монастыре, неделю в другом – все распланировала. Тут одна знакомая посоветовала съездить на Сольбу, хотя это место тогда было совсем неизвестным. Поверив своей знакомой, я решила провести неделю на Сольбе, а потом поехать дальше.
Когда я приехала, здесь была стройка, шум, краны, машины. Но решив не судить по внешности, я стала присматриваться к жизни монастыря, какая Матушка, какие сестры.
Меня поставили на послушание на клумбы и я, будучи на улице весь день, сестер почти не видела. Думала, что у них тихий час. Это сейчас я знаю, что у каждой сестры свое послушание, а тогда я ничего о монашеской жизни не знала. Только потом узнала, что единственный тогда корпус Ксении блаженной – это был не просто корпус, а средоточие всех послушаний, как пчелиный улей, что сестры там трудились не покладая рук.
И вот как-то раз, когда я работала на клумбах, ко мне подошла мать Херувима и начала со мной разговаривать, спрашивать, откуда я и прочее. И вдруг говорит: «Идем к Матушке», и привела меня к ней в келью. По-моему, Матушка сама не ожидала, и просто сказала: «Пойдем, расскажешь». И я рассказала ей всю свою жизнь, все свои мысли, желания, все, что происходило со мной в последние годы. Я настолько доверилась Матушке, что четко решила, что бы она сейчас ни сказала мне – это воля Божия. Матушка меня выслушала и сказала: «Все, о чем ты говоришь, – это призвание Божие на монашеское служение». И в тот момент я поняла: вот моя Матушка и вот мой монастырь, я здесь спасусь.
С каждым днем мое желание укреплялось. Я была огнем, которому нужно было где-то обосноваться, чтобы гореть дальше.
Я осталась в монастыре на месяц, никуда больше не поехала, куда изначально планировала. О своих мыслях родным не говорила, потому что боялась. Хотела приехать домой, пройтись по любимым местам, пообщаться с близкими людьми, посмотреть, как мое сердце будет на это реагировать? Вернувшись домой, я прожила там три дня. Прошлась по самым любимым местам, где еще когда-то грелось мое сердце, но оно ни на что не откликалось. Я чувствовала пустоту, что все здесь бессмысленное, второстепенное. На третий день я говорю маме, что хочу с ней поговорить, а она сказала: «Я знаю, что ты хочешь в монастырь». А в это время на Сольбе сестры за меня клали поклоны, потому что я уезжала обеспокоенная тем, как примут мое решение родители, но уповала на молитву Матушки и сестер. Благодаря их молитвам родители приняли мое решение очень спокойно.
И вот на следующий день едем мы на Сольбу. Разгар осени. Я смотрю в окно и говорю: «Мам, это наши поля! Это наши луга!». Я обо всем рассказывала, как о нашем, настолько уже прониклась этим местом. Они понимали, что я душой и сердцем уже здесь.
Господь привел меня в монастырь 11 сентября, на Усекновение главы Иоанна Предтечи. Видимо, чтобы я усекла все свои страсти. Удивительно, что через месяц на Покров Пресвятой Богородицы меня одели в подрясник. Этим Матерь Божия показала мне, что не посрамилась моя вера, что Она всегда была рядом и покрывала своим Омофором.
Спустя несколько лет многие наши знакомые, побывав здесь, говорили, что я нашла свое место, что я здесь, как рыба в воде. А мама мне потом сказала: «Что бы ни случилось, оставайся в монастыре, держись этого монастыря. В миру делать нечего». Так я и осталась.
Господь дал мне Матушку и монастырь по моей вере и молитве. Поэтому никогда не надо оставлять молитву, а за терпение Господь воздаст сторицей.
– Вы очень давно уже живете в монастыре, нам интересно, чем отличается монастырь тогда и сейчас?
– Очень много изменилось. Когда я приехала, кругом была стройка, всего два здания было, ограды никакой – открытый лес. Об этом месте мало кто знал, ведь сайта и соцсетей не было, паломников было мало. И если кто сюда приезжал, для нас было удивительно: как вы сюда добрались, как вы нас нашли? Радовало, что люди уезжали и рассказывали другим об этом месте, и так потихоньку народ узнавал о монастыре.
Сестер всегда было не много. Когда я пришла, было человек 12, я еще думала, какое хорошее апостольское число. Разумеется, жизнь такой малочисленной семьей сильно отличается от жизни сейчас.
Сложно сказать, когда было лучше, сейчас или тогда. В каждом времени своя полнота. Я благодарю Бога, что пришла в то время и видела, как монастырь возрастал, набирал известность. Это как наблюдать за жизнью ребенка, его взрослением. Также и монастырь вырос.
– На каких послушаниях Вы были?
– Мое первое послушание мыть посуду. Я так поняла, что это была проверка, ведь из того, как человек моет посуду, становится понятно вообще его отношение к делу. Было время, когда и на общей кухне готовила, была и келарем, и на огороде, и в пекарне пекла хлеб. Потом было самое интересное мое послушание, о котором можно говорить часами, – это воспитание детишек. В общем была почти на всех послушаниях.
– Это такое разнообразие деятельности, кто же Вы по образованию и профессии?
– Мои образование и профессия совершенно не связаны с послушаниями в монастыре. Не буду сильно вдаваться в подробности, потому что моя душа совершенно не лежала к этому. Только когда я попала в монастырь, у меня открылся интерес к разным видам деятельности. В нашем монастыре Матушка старается развить таланты сестер, применить опыт, полученный ими в миру, сохранить профессию, которую человек получил. Но особенность монастырской жизни в том, что сестре могут дать послушание, совсем не связанное с его прошлой деятельностью.
– А что делать, если тебя поставили на послушание, а оно тебе не знакомо и не нравится? Как полюбить послушание?
– Вообще надо верить слову Матушки, не пугаться того, что ты не знаешь, а выполнять послушание, как данное через Матушку Самим Господом. Примером нам служит жизнь Матушки, которой тоже никто не объяснял, как быть игуменией. Для меня лично это пример, ведь если Господь дал послушание, то даст и знание, как его исполнить. Через послушание человек растет. Ведь послушание – это не просто работа, а деятельность, через которую душа развивается и спасается.
Когда я перехожу на другое послушание (они же иногда меняются), то спрашиваю себя: для чего мне дано именно это послушание? Для чего мне эти люди, которые меня здесь окружают? Это все для моего спасения.
Бывает, что тебя ставят на какое-то послушание второй или третий раз, и спустя время ты думаешь: почему же оно мне не нравилось раньше? Время проходит, и ты тоже меняешься.
Если же совсем послушание не нравится, нужно искать к нему подходы. У меня несколько раз так было. Я искала сестер, которые близки были к этому делу, спрашивала у них совета, просила поделиться опытом. Преподобный Амвросий Оптинский говорил, как полюбить человека, когда ты его терпеть не можешь. Надо через силу стараться делать для него добрые дела, узнать, может он чай с бергамотом любит, – подарить ему такой чай. В общем узнавать про него и искать подходы. Так и к послушанию: побольше узнаешь про него, и окажется, что вот это мне нравится, и здесь мне интересно. Тогда ты уже не со страхом будешь идти на послушание, а с мыслями, как его лучше выполнить. А через добросовестное, честное отношение к делу приобретаешь добродетели и избавляешься от страстей. И уже будешь находить наслаждение в служении.
– Что для Вас самое ценное в монастырской жизни?
– Самое ценное – это любовь и забота Матушки о каждом, ее долготерпение. Редко встретишь такое большое сердце. Ценна доброта сестер, их приветливость. Очень важен для меня сам уклад монастырской жизни. Это все, что входит в понятие монашества: порядки, правила, устав, благословение. Это держит тебя в форме и помогает внимательно относиться к своей духовной жизни. Здесь тебя как маленького ребенка поддерживают, направляют туда, где твое спасение. И ты спокоен, потому что знаешь, что тебя направляет Матушка.
Некоторые люди удивляются: как вы здесь живете, это же цепи, это несвобода! На самом деле в монашестве заключается величайшая свобода, потому что человек очищается от своих страстей. Вообще все, что происходит в монастыре, – делается для нашего спасения.
– Вы столько работаете, как Вы успеваете молиться, ходить в храм?
– Все зависит, конечно, от послушания. Бывают и такие занятия, когда ты не можешь приходить каждый день в храм. Но Матушка нас всегда учит: если не получается прийти на всю службу, то приди на 5 минут. Мимо храма проходишь – зайди на 5-10 минут. Может быть, тебе Господь за эти 10 минут даст такую благодать, которую ты за 10 служб, выстоянных от начала до конца, не получишь. Вспоминаю рассказ в Отечнике, как к одному старцу-пустыннику явился Ангел. Старец его спросил, как спастись. Ангел ответил: вот плетешь ты корзину, оставь работу, помолись немного и снова за работу. Самое трудное для меня, это оставить работу и зайти на 10 минут в храм. Но с годами все-таки понимаешь, что́ должно быть на первом месте.
А молиться нужно всегда. Молитва – это не только стояние в храме или утренние и вечерние молитвы (что тоже должно быть). Молитва – это вся жизнь, это разговор с Богом. Господь входит в нашу жизнь, помогает, но только тогда, когда человек сам позволяет это, то есть призывает его всегда.
Молитва – это памятование о Боге, учиться этому надо всю жизнь. Святой праведный Иоанн Кронштадтский говорил, что через любую вещь можно направить мысль к небесам. Например: какая красивая скатерть, как Господь вразумил этих людей, которые ее сделали! Так от любой видимой вещи ты можешь направить свою мысль к Богу.
Нужно полагать себя на волю Божию. Например, если ты повар, приходишь на послушание и молишься: «Господи помоги», крестишь еду и просишь у Бога, чтобы напитал с ней не только тело, но и душу тех, кто будет ее вкушать. Если ты учишься, то молись: «Господи, вразуми меня, чтобы все уроки запомнить и понять». Нужно привыкать к постоянному памятованию о Боге.
– Какие качества необходимы для того, чтобы стать хорошей сестрой?
– Многие старцы говорили, что в наше время людям очень не хватает решимости. Когда я выбирала путь монашеского служения, то не сомневалась, я сказала: «Господи, вот как скажет старец Кирилл, куда благословит – я на все готова». Опять же, решимость нужно подкреплять молитвой, потому что монастырская жизнь многогранна, бывают ситуации, когда человек начинает «собирать вещи». Я считаю, что ни в каких случаях, что бы ни случилось нельзя говорить: «Я уйду», «Я вещи собираю». Это легче всего сказать, а трудности надо преодолевать, терпеть, а не бежать. Мы ведь люди непостоянные, сегодня хотим одно, завтра – другое. Но решимость должна быть вне наших настроений.
У меня сначала было столько искушений, что по-человечески надо было просто собрать чемодан и убежать. Но я сказала себе: «Нет, ты уже решила. Ты уже в бою, на войне. А с войны солдату бежать нельзя». Должна быть решимость и должно быть мужество, тогда можно и в монастырь идти.
Еще у будущей сестры обязательно должно быть доверие к Матушке. Вся жизнь в монастыре построена на ее благословении. Надо всегда помнить, что Сам Господь говорит через Матушку. Если мы Матушке будем доверять, то наша жизнь будет складываться правильно, будет успех во всем и жизнь в монастыре будет для сестры во спасение.
Беседу вели: Александра Тереник, Елизавета Шмидт, Валентина Точнова, 2 курс.